Стоял на скалистом обрыве,
Идти уже не было сил,
Когда себя в ярком порыве
Тебе я на веки дарил.

Но ты так презренно молчала,
А я безнадежно кричал,
Когда ты с улыбкой вонзала
Мне в спину холодный кинжал.

Убив окончательно волю,
Дарил тебе медную плеть.
Чтоб в танце последних агоний
Я мог от безумья сгореть.

Поддался я боли порыву,
Но ты ухватила за кисть,
Когда все с того же обрыва
Я рвался неистово вниз.

Ты снова меня пожалеешь,
Наточишь стальные клинки,
Боясь, что опять не успеешь
Меня разорвать на куски.